четверг, 15 декабря 2016 г.

Как полюбить классику
школьной программы

Ищем новый подход к произведениям великих

Фёдор Михайлович Достоевский

Собрание сочинений: 
Как полюбить классику 
школьной программы. Изображение № 3.

 
Достоевскому, вынужденному постоянно трудиться в условиях жестокого цейтнота и финансовой неопределенности, редко удавалось привести свои произведения в опрятный вид. Набоков, скорее, прав, когда говорит, что у автора «Бесов» куда лучше получалось создавать динамичное действие, чем полировать стиль. Экзальтированную манеру речи, в которой общаются герои его книг — всклокоченные богоискатели, мечущиеся от порока к святости, — переняли центральные персонажи литературы XX века: в генезисе фолкнеровского Квентина на равных правах присутствуют Стивен Дедал и Иван Карамазов. Другое значимое изобретение Достоевского — жанр метафизического детектива, где расследование обстоятельств преступления подменяется теологическим диспутом повышенной интенсивности, способным объяснить произошедшее гораздо точнее. 
ДЛЯ НАЧИНАЮЩИХ: «Преступлению и наказанию», конечно, не место в программе десятого класса в силу почти садистского упоения, чувствующегося в описании убийства Алёны Ивановны. К тому же комплекс морально-этических дилемм, рассматриваемый в романе, подростку, хотелось бы верить, не близок. С другой стороны, анализируют же роман их американские сверстники в «Freaks and Geeks» и «Утопии».
ДЛЯ ПРОДВИНУТЫХ: Достоевский придумал экзистенциализм за сто лет до Сартра и Камю: состояние затравленного и ядовитого ума в «Записках из подполья» зарегистрировано куда вернее, чем на страницах «Тошноты» или «Мифа о Сизифе», — не говоря уже о том, что это блестящая литература.

Комментариев нет:

Отправить комментарий